19 апреля 2026 года стало переломным днём для целого ряда резонансных дел: суды в России и на Украине почти синхронно начали переводить обвиняемых из следственных изоляторов под круглосуточный домашний арест. Что стоит за этой волной решений и какие фигурants уже обрели «свободу в четырёх стенах» — разбираемся в деталях.
Ключевые решения последних дней
Россия
Басманный суд Москвы
- Наталия Радькова, заместитель руководителя Росгидромета, обвиняемая в мошенничестве. 11 апреля суд изменил меру пресечения на круглосуточный домашний арест.
- Основатель фонда Baring Vostok. По данным «Вестей», 11 апреля фигурант также был переведён из СИЗО под домашний арест.
Верховный суд Карелии
- Алексей Щепин, экс-министр природных ресурсов региона. 10 апреля вышел из СИЗО под домашний арест.
Калининградский областной суд
- Anна Мусевич, бывший министр молодёжной политики области, обвиняемая в превышении полномочий. Мера пресечения изменена на домашний арест.
- Сергей Балекин, экс-директор ООО «Калининградский крематорий». Центральный районный суд также снизил меру пресечения.
Украина
Шевченковский районный суд Киева
- Нестор Шуфрич, народный депутат от ОПЗЖ. Адвокат политика подтвердил, что Шуфрич переведён из СИЗО под круглосуточный домашний арест.
Почему суды выбирают домашний арест?
Сразу несколько факторов способствуют изменению практики:
- Перегруженность СИЗО. Мест нет даже для «звёздных» фигурантов.
- Риски здоровья. После пандемийных ограничений суды чаще учитывают медицинские показания.
- Лояльность обвиняемых. Залог или поручительство заменяются «электронным браслетом».
- Политическая конъюнктура. В ряде дел перевод под домашний арест воспринимается как компромисс между обществом и элитами.
Что это даёт фигуранту?
Домашний арест — это не свобода, но:
- возможность общаться с семьёй без ограничений;
- доступ к личному врачу и привычному питанию;
- шанс подготовить защиту в комфортных условиях;
- сохранение работоспособности: онлайн-совещания, подписание документов.
Однако есть и ограничения:
- запрет покидать квартиру (иногда, конкретную комнату);
- ежедневные отчёты в полицию;
- видеонаблюдение и/или электронный браслет;
- ограничение на пользование интернетом и телефоном (в ряде случаев).
Мнение экспертов
Мария Соловьёва, адвокат:
«В последние месяцы мы видим стойкий тренд: суды стараются избегать излишне суровых мер. Это связано и с правозащитной повесткой, и с логистикой СИЗО. Главное, чтобы домашний арест не превращался в формальность, когда обвиняемый спокойно покидает квартиру».
Дмитрий Кочетков, политолог:
«Для публичных политиков, особенно в предвыборные циклы, домашний арест — это шанс сохранить медийность и одновременно не быть в тюрьме; Это новый инструмент политического PR».
Следующие шаги
Юристы ожидают, что уже летом 2026 года Верховные суды России и Украины опубликуют методические письма, унифицирующие критерии перевода из СИЗО под домашний арест. Пока же каждый суд решает в индивидуальном порядке, исходя из:
- тяжести преступления;
- данных о личности обвиняемого;
- заявлений стороны защиты;
- позиции прокуратуры.
19 апреля 2026 года войдёт в статистику как день, когда домашний арест стал новой «мягкой нормой» для резонансных дел. Неделя показала: ни статус министра, ни депутатская неприкосновенность, ни мошенничество в особо крупном размере не гарантируют автоматического оставления в СИЗО. Следите за обновлениями: список «домашних арестантов» может расшириться уже к майским праздникам.
Источники: официальные пресс-службы судов, заявления адвокатов, публикации «Вестей» и «РБК».