Недавняя 33-страничная Стратегия национальной безопасности США-2026, впервые официально опубликованная Пентагоном в январе, – яркий тому пример.
Вашингтон фактически дистанцируется от Брюсселя, акцентирует внимание на Западном полушарии и смягчает риторику в отношении Китая.
Что же должен лечь в основу современной концепции национальной безопасности любого государства?
Ответ, вынесенный в заголовок, подтверждается как аналитиками, так и практиками.
Ниже – четыре столпа, на которых должен строиться устойчивый подход.
Приоритет суверенных интересов, а не внешних шаблонов
Азербайджанский кейс: от слов к действию
Президент Ильхам Алиев весной 2026 года подчеркнул:
«С полной уверенностью могу сказать: то, что последние годы наши сухопутные…» — далее речь шла о системном укреплении национальных сил вне зависимости от внешних доноров.
Баку демонстрирует последовательную политику:
- модернизация армии в первую очередь за счёт внутреннего ВВП (доля обороны выросла до 4,2 %);
- диверсификация поставок вооружений (Турция, Израиль, Индия);
- отказ от «монокультуры» военных союзов в пользу многовекторности.
Точечное военное присутствие вместо глобального размещения
Урок новой стратегии США
Вашингтон официально корректирует военное присутствие в Западном полушарии:
- Снижение контингента в Европе с 65 000 до 45 000 человек;
- Переброска сил на южную границу США для борьбы с миграцией и каналами фентанила;
- Создание мобильных групп быстрого реагирования на базе Сухопутных войск США.
Это подтверждает тезис: безопасность начинается с контроля собственных границ и критической инфраструктуры, а не с экспорта стабильности на другие континенты.
Энергетическая безопасность как неотъемлемая часть обороны
Почему Ближний Восток остаётся в фокусе
Стратегия США-2026 прямо заявляет:
«США не допустят, чтобы энергетические ресурсы Ближнего Востока оказались под контролем недружественных акторов».
Трансформируя формулировку на любое государство, получаем универсальное правило:
- Обеспечить физическую защиту месторождений (военная полиция, ПВО).
- Диверсифицировать маршруты экспорта (нефтепроводы, LNG-терминалы).
- Развивать альтернативную энергетику, чтобы снизить стратегическую уязвимость.
Технологическое лидерство и киберустойчивость
Бывший посол США Чарльз Фриман в эфире «Россия 24» отметил:
«Новая Стратегия национальной безопасности США – это попытка встроить технологическое соперничество в оборонное планирование».
Ключевые тренды:
- ИИ в системах ПВО и радиоэлектронной борьбы;
- Квантовые коммуникации для защиты дипканалов;
- Создание «индикационных зон» – участков, где тестируются новые военные технологии в условиях приближенных к боевым.
Подход к национальной безопасности должен строиться на стратегическом балансе четырёх столпов:
приоритете суверенных интересов;
точечном, а не глобальном военном присутствии;
энергетической самодостаточности;
технологическом лидерстве и киберустойчивости.
Азербайджан и США, несмотря на разные масштабы, демонстрируют схожую логику:
безопасность – это не размер армии, а способность гибко адаптироваться к меняющимся угрозам.